Золушка на минский лад и Ядвига из Лошицкой усадьбы: какие легенды хранят здания столицы

Хозяйка Лошицкой усадьбы вовсе не утопилась с горя или скуки, как принято считать. А на месте современной духовной академии когда-то разыгралась драма круче, чем сказка о Золушке в оригинале.

Легенды о призраках скрашивают наши серые будни. Ученые, конечно, найдут ряд неоспоримых фактов в духе «это все физика, химия, а в вашем конкретном случае – психология». А вот писатели (зачастую в компании с историками) с ними не согласны. Они как минимум уверены в том, что персонажи, чьи бесплотные тени могли видеть на улицах Минска, когда-то существовали на самом деле.

Белорусская писательница-фантаст Екатерина Стрингель рассказала Times.by о нескольких самых интересных столичных легендах.

Екатерина – сооснователь сообщества «Шуфлядка писателя», объединяющего авторов колоритных сборников «(Не)чистый Минск», «(Не)зримая Беларусь», «Агент Призрака», в основу которых легли легенды и мифы.

«Архивы хранят сонмы легенд и преданий, но широкой публике известны в лучшем случае только фрагменты, – говорит Екатерина Стрингель. – А иногда и они остаются покрытыми мраком, который пора слегка развеять».

Для лекции, которая прошла в атмосферном музее Петруся Бровки, фантаст выбрала самые яркие легенды о духах, которыми могут похвастаться старые минские дома.

Здание на ул. К. Маркса, 30, не в их числе, но с его фантазийного балкона виден перекресток ул. Ленина и ул. Революционной. Именно там однажды случайный прохожий заметил призрака в старинном сюртуке, за которым следовал такой же призрачный кот.

Одна из ее любимых историй – о докторе Вильгельме Гинденбурге.

«Когда он спешил на работу в Пищаловский замок, за ним по пятам следовал чей-то рыжий кот. Зимой 1877 года в тюрьме вспыхнула эпидемия брюшного тифа. По разным версиям, доктор то ли заразился, то ли получил воспаление легких – холода стояли суровые – и умер. Но его призрак в компании котофея продолжает бродить по Минску спустя столетия», – рассказывает Екатерина Стрингель.

Дебошир из ратуши

Здание магистрата облюбовал другой призрак – шляхтича Михаила Володковича. Примечательно, что с 1857 по 2004 год привидение находилось «в длительном отпуске» и объявилось лишь в 2005-м – в отстроенной заново ратуше.

«Минскую городскую ратушу разобрали в 1857 году – в империи ликвидировали любые намеки на самоуправление губерний», – поясняет писательница.

Володкович был другом самого Кароля Станислава Радзивилла, известного под прозвищем Пане Коханку.

«Репутация у этого шляхтича была аховая – слыл скандалистом, любителем выпивки и дебоширом, – начинает рассказ о призраке ратуши писательница. – По одной из самых распространенных версий, Пане Коханку решил пристроить друга на службу в магистрат, чтобы тот был занят делом. По другой же – Володкович сам изъявил желание заседать в городской думе, и Радзивилл помог ему в этом».

Однако образ жизни и поведение шляхтича лучше не стали – он мог зайти в костел и сорвать мессу. А то и вовсе разрубить саблей деревянное распятие. Или раздать плетей прохожим.

В какой-то момент терпение городских властей достигло точки кипения, и Володковича заключили под стражу, а на рассвете следующего дня расстреляли.

Считается, что с той поры дух скитается по ратуше и... искренне недоумевает, за что с ним так поступили. Экскурсоводы, конечно же, все отрицают: никто там не летает и цепями не гремит.

Желтый дом и призраки в нем

Наша «иллюзорная» прогулка продолжается, и движемся мы в сторону ул. Зыбицкой. На которой когда-то располагался речной порт, действовавший до начала ХХ века.

«А на месте современной Минской духовной академии стоял дом из желтого кирпича, который в шутку называли «с придурью», – в те времена такой цвет был преимущественно у зданий психиатрических лечебниц, – рассказывает писательница. – Принадлежало здание богатому купцу, который жил там с женой и дочерью. Супруга умерла, и торговец женился второй раз».

Дальше начинается история Золушки: у мачехи была дочь от первого брака.

«В те времена считалось правилом хорошего тона нанимать именно французских воспитателей для домашнего обучения детей, – объясняет Екатерина Стрингель. – Гувернер был образован, галантен и красив. И, конечно, в него влюбились обе дочери. А взаимностью он ответил младшенькой – родной дочери купца».

Влюбленные решили сбежать, но старшая сестра донесла матери: они связали падчерицу и посадили в подвал.

Тогда Минск страдал от наводнений – во время паводков Свислочь выходила из берегов и затапливала близлежащие дома. Когда француз, почуяв неладное – не пришла любимая к месту встречи, – прибежал к дому купца, было уже поздно. Вода подступила настолько, что в подвал пришлось буквально нырять за телом возлюбленной.

Мачеха и ее дочь в это время были на балу. А когда вернулись, то гувернер их убил, а затем и на себя наложил руки.

И все четверо в бесплотном виде теперь, если верить легенде, появляются неподалеку от места гибели. Поэтому, если услышите на Зыбицкой франко-русскую перебранку, а вокруг при этом никого, не удивляйтесь.

Черный монах

А мы снова возвращаемся в центр. Где вблизи пересечения улиц Энгельса и Интернациональной когда-то располагался Доминиканский монастырь, построенный в начале ХVII века.

«Его руины сохранились, пусть сейчас и покоятся под слоями асфальта и плитки, – подчеркивает писательница. – Согласно легендам там видели призрак Черного монаха, который всегда был символом близкой беды. И появлялся он перед каждой войной, восстанием или междоусобицей».

Примечательно, что здание монастыря не пострадало в годы Великой Отечественной войны. Снесли его во время реконструкции столицы уже в послевоенные годы. И призрака Черного монаха с тех пор не видели.

С Ядвигой Любанской не все так однозначно

Одно из самых любимых преданий Екатерины – о Белой Панне Лошицкой усадьбы. И оно вовсе не о самоубийстве Ядвиги Любанской.

«История, которую записал в своих мемуарах родной брат Ядвиги Антоний Кеневич, говорит о том, что пани страдала эпилепсией, – рассказывает Екатерина Стрингель. – Именно из-за частых приступов (а не сплетен об излишне вольном поведении и романах с известными личностями) ей и пришлось перейти к затворническому образу жизни, забыв о светских раутах. В одну из прогулок по саду, который вместе с эффектной усадьбой создал для нее супруг Евстафий, она потеряла сознание и упала в воду. Нашли ее уже бездыханной».

Тело поместили в родовую каплицу (от которой сегодня сохранилась лишь одна стена). Но в свинцовом гробу по указу ее супруга Евстафия Любанского сделали небольшое окошко – следить, а вдруг все же летаргия, а не смерть.

«Одна из версий, почему призрак Белой Панны бродит по Лошицкой усадьбе, звучит совсем не романтично, – отмечает писательница. – Часовню-усыпальницу разрушили, само захоронение разграбили, а свинцовые гробы, находившиеся там, переплавили на аккумуляторы. Где закопали останки – неясно. Вполне возможно, что дух Любанской не усадьбу осматривает, а ищет место последнего пристанища».

На вопрос, верит ли она сама в духов, фантаст отвечает уклончиво.

«Определенная мистика, даже если она объясняется физикой, в нашей жизни присутствует. Вопрос в том, как мы ее воспринимаем. Не только чтобы докопаться до истины, но и чтобы помнить. Каждая легенда – кусочек пазла нашей колоритной белорусской истории», – уверена писательница.