Воспитала своих и растит чужих: 53-летняя Наталья официально работает мамой

В два года каждый из братьев весил около семи килограммов. По словам Натальи, они толком даже ходить не умели – неуклюже семенили, как пингвины.

«Мои аккаунты в некоторых соцсетях до сих пор называются «Мама пингвинов». Хотя та история давно в прошлом – парни вон какие красивые выросли. И не по годам рассудительные», – не скрывает гордости Наталья.

Тогда Наталья с мужем, младшим сыном и Мариной жили в квартире на улице Дынды. С появлением малышей семья получила статус приемной, нужно было по-новому выстроить быт, найти детям сад, оформить документы, привыкнуть друг к другу.

«Артур и Саид, выражаясь языком специалистов, оказались социально запущенными. Кроме слова «дай» ничего больше не говорили. Поэтому мы много занимались, разбирались, что хорошо, а что плохо. Постепенно дети стали меняться», – рассказывает женщина.

Это ее решение приняли не все. Друзья и знакомые крутили пальцем у виска, спрашивали: «Зачем тебе эти цыганята?» Даже взрослые дети Натальи советовали вернуть братьев в дом ребенка и больше времени проводить с родными внуками.

«Но я кремень. Выстояла под этим напором. А внукам, наоборот, раздолье. Они подружились с приемными детьми, по сути, выросли рядом с Артуром и Саидом», – говорит мама-воспитатель.

В 2020 году Наталье предложили переехать в построенный государством детский дом семейного типа и принять на воспитание еще пару детей. Так семья оказалась в двухэтажном коттедже на Хуторской.

Сейчас в доме живут восемь детей. В разные годы их бывало и 10, и 12, и 14. Кто-то попадал сюда на пару месяцев, а кто-то, как Артур и Саид, здесь до совершеннолетия.

«Марина, Вика и Саша – самые старшие, им уже больше 18. Они выучились, работают и живут отдельно, но регулярно приезжают. Не столько в гости, сколько помочь. Например, забрать Соню из детского сада. Сегодня как раз такой случай, – приводит пример хозяйка дома. – Саид и Артур сейчас учатся в пятом классе. Марк и Воробушек, извините, Саша, братья Арсений и Артем – тоже школьники. Вовка – детсадовец, он у нас первую неделю. А вот и Петровна!»

Дверь распахивается, и в дом врывается вихрь эмоций – четырехлетняя Соня сначала бежит обнимать Наталью, потом пса Барни, увидев гостей, тут же бросается показывать любимые игрушки, а после устраивается на руках у женщины, которую называет мамой.

Соня второй год занимается в детской модельной школе. Научилась позировать, ходить по подиуму, садиться на шпагат и делать «ласточку». Все это она продемонстрировала в первые минуты знакомства.

«Нашу красавицу пригласили на съемки в Китай. Обратили внимание на ее внешность, оценили эмоции. Но пока Поднебесная не наша история. Петровна на гособеспечении, да и как я оставлю других детей», – объясняет Наталья.

Соня попала в новую семью в пять месяцев, вскоре после трагической смерти матери. Ее родного отца действительно зовут Петр, и обращение «Петровна» закрепилось за малышкой еще в раннем детстве.

«Пухлые щечки, светлые кудри. Ангел, а не ребенок, – вспоминает первое знакомство мама-воспитатель. – Но потом оказалось, что характер у ангела ого-го-го. Поэтому Петровна и никак иначе».

Если Соня обидится, может целый день не разговаривать. Сложно проходила и адаптация к детскому саду.

«Было море слез, прямых обвинений типа «ты меня предала». Кстати, она общается с родными папой и бабушкой. К сожалению, у них нет возможности заниматься ею. Да и с нами Петровне лучше», – рассуждает Наталья.

Круглых сирот в этом доме нет. И мама-воспитатель разрешает детям общаться со своими родными. Они иногда звонят, пишут письма, обещают приехать. Кто-то действительно приезжает.

«Например, дедушка Марка. Он уже в преклонном возрасте, но находит возможность раз в год увидеть внука. Иногда на каникулах забирает его к себе в поселок под Гомелем. Там у него свой дом, куры, утки, индюки. После этих поездок у Марка впечатлений на несколько недель», – отмечает Наталья.

Но этот пример скорее исключение. Как правило, всплески любви и заботы у родственников случаются под воздействием алкоголя. Но даже тогда Наталья не запрещает им разговаривать с детьми. Правда, ограничивает такие звонки двумя минутами.

«Дети не виноваты, они любят своих родителей, поэтому я не имею права вычеркнуть их из их жизни», – объясняет она.

Старшие все понимают, некоторые сами отказываются отвечать на «пьяные» звонки. А для малышей вроде новичка Вовки пока это «история про санаторий, куда его отправили временно пожить». На исправление его родителям дали положенные шесть месяцев.

В двухэтажном коттедже семь комнат. Обустроить дом и приобрести необходимую технику помогли районный отдел образования и гомельские предприятия. Здесь есть холодильник, морозильная камера, стиральная и посудомоечная машины, другая бытовая техника.

В доме 14 детских кроватей, и бывало, что все они были заняты. Несколько лет назад законодательство ограничило количество детей, устраиваемых в дома семейного типа, десятью воспитанниками.

«Но разве я не пущу переночевать Марину или Вику, которые за эти годы стали мне родными? Да и они мои главные помощницы, всегда могу на них положиться», – говорит Наталья.

В прихожей на стене нарисован большой тигр, под лестницей – котиные мордочки и лапы. На двери туалета – надпись «Центр принятия решений». Все эти художества – дело рук «выпускницы» дома семейного типа Вики. Она училась в колледже на дизайнера и уже работает по профессии.

«Можно было запретить ей разрисовывать стены. Но я понимала: растет художник – и дала ей волю. Видите, не зря», – показывает работы своей подопечной Наталья.

Помимо бернского зенненхунда Барни и попугая Фредди в доме есть живой уголок с хомяком, крысами, кроликами, мадагаскарскими тараканами и аквариумными рыбками. У каждого ребенка – свои обязанности по уходу за ними.

«Дети любят наблюдать за животными. Кто-то кормит хомяков, кто-то следит за клеткой кроликов. А тараканов, их сейчас 282, каждый месяц пересчитывают и удивляются их плодовитости», – смеется Наталья.

С легкой руки Вики большая семья завела собственную страницу в TikTok и периодически выкладывает ролики о своих буднях, домашних правилах и небольших происшествиях. Дети разыгрывают знакомые ситуации, показывают свои чудачества и смеются друг над другом. Правда, сейчас видео выходят реже: на них нужно время, а его всегда не хватает.

День мамы-воспитателя начинается в пять утра с прогулки с Барни, к шести она уже дома – нужно проследить, чтобы все собрались в школу. Старшие дети добираются на занятия сами, а Наталья тем временем везет Соню в детский сад. Затем Наталья возвращается домой, где ждут другие воспитанники: их нужно накормить, собрать, проводить на занятия и разобраться с бытовыми вопросами.

«Уборка, покупка продуктов, готовка – все, как в обычной семье, только умноженное на три, – смеется Наталья. – Например, чтобы сделать на ужин пюре, нам нужно 4–5 кг картофеля».

Продукты обычно закупают на неделю вперед, по выходным лепят котлеты, делают заготовки пиццы и сосисок в тесте и сразу замораживают.

«Дети по дому умеют делать практически все, – хвалит ребят Наталья. – Если надо, и тесто замесят, и кексов напекут».

Вечером семья старается собираться за общим столом. Это одна из домашних традиций: каждый рассказывает, как прошел день, делится новостями, вместе выбирают настолку, в которую хотят сыграть перед сном.

Мобильных телефонов у детей нет.

«Во-первых, у нас просто нет денег на такие покупки. Во-вторых, таковы правила нашего дома. Новички сначала воспринимают это болезненно. Но потом смотрят на остальных и понимают, что без телефона вполне можно обойтись», – говорит Наталья.

Семья часто ходит в кино, старается не пропускать новые фильмы. Если появляется возможность – ездят на экскурсии.

«Знаете, что говорят мои подруги? Когда им тяжело, они вспоминают обо мне – и вся депрессия сразу проходит, – признается женщина. – Иногда мне кажется, что это не мы с Булатом [муж Натальи] их приняли в семью, а они нас выбрали своими родителями. Даже не знаю, кому из нас повезло больше».