Марсианские хроники: что стало с космической деревней на Полесье за 25 лет

Космос вокруг нас

Забавно, но в Беларуси целых два Марса: один находится в Дзержинском районе Минской области и соседствует с Юпитером, второй – в Лоевском районе Гомельской области и когда-то граничил с Венерой. Венеры нет уже много лет, но Марс еще держится.

Свое необычное название деревня получила в 20-х годах прошлого века, когда в молодом СССР только начинали думать об освоении космоса, мечтали о реактивных двигателях и межпланетных путешествиях. Но первым «колонизаторам» Марса фантазировать некогда – нужно было поднимать сельское хозяйство и кормить семью.

Шло время, местный колхоз развивался, и деревня росла. Согласно переписи 1959 года население Марса составляло 116 жителей, но уже через 40 лет оно сократилось почти в пять раз. Сейчас здесь живут всего пару человек.

За последние годы Марс будто бы «отдалился» от Земли: на дорожном знаке, который информирует о расстоянии от трассы до деревни, теперь указано 3 км, хотя 25 лет назад был всего 1 км.

Сейчас на Марсе (именно «на», а не «в» – чуть ниже объяснение этого феномена) в самом разгаре осень. Мы зацепили последние дни бабьего лета, в объятиях которого на хуторе особенно уютно.

Единственная улица «разрезает» деревню на две части: по левой стороне осталось четыре жилых дома, по правой – три. На некоторых участках стоят теплицы и пчелиные улья, видны следы активной огородной деятельности. Полузаброшенное, но очень колоритное поселение приглашает на экскурсию по марсианским просторам.

Коренной марсианин

Сколько существует деревня, столько местные жители с гордостью говорят: «Живу на Марсе», а не «в Марсе», игнорируя правила русского языка и называя себя марсианами.

Один из таких – Степаныч, коренной житель Марса. Он здесь родился, рос и ходил в школу. Отучился в Гомеле в дорожно-строительном техникуме и всю жизнь работал водителем автобуса. В мае вышел на пенсию. На Марсе у него есть родительский дом и небольшое хозяйство.

«Ухаживаю за домом, как могу. Здоровье уже не то. Жена и дети (они живут в Речице) говорят: все бросай, хватит себя мучить. Не могу – это ж душа моя… Тут огород, картошка, кабачки, курочки. Хочу до зимы сделать забор. Материал есть, только здоровья няма, суставы уже не те. Вот пошел копать, кеторол пил. Знаешь, что такое кеторол? Обезболивающее. Сильное. Выпью – тогда могу работать часов пять-шесть», – рассказывает о нюансах деревенской жизни Степан Степанович.

Он – единственный, кто живет в деревне круглый год и зимует здесь один. Когда становится совсем тоскливо, уезжает на пару дней в Речицу к семье. Но потом каждый раз возвращается.

«Езжу туды-сюды, туды-сюды – кормить хозяйство нужно. Только куры и петухи остались. До прошлой весны была еще старенькая лошадь Марта – хорошая рабочая кобыла. Ей было 29 лет. Когда родители были живы, держали коров и свиней. Сейчас уже никого не осталось, как и людей», – с грустью констатирует единственный постоянный житель Марса.

Мы показываем Степанычу фотографии 25-летней давности, на которых его односельчане еще живы, а деревенские улицы многолюдны.

«Это Николай, хороший мужик был. Всегда улыбался. Это дед Шура, дед Миша, баба Оля, баба Вера… А это мама моя! И собачка наш Полканчик, с которым она коров пасла. Ох, как давно это было. Можно я заберу эту фотографию?» – старожил деревни перебирает снимки и будто бы откатывает время на 25 лет назад.

Затонувшая Венера

Почему Марс назвали Марсом, Степан Степанович точно не знает. Астрономов в этой местности никогда не было, но был помещик, страстно увлекавшийся звездами. Выселяя часть своих крестьян для освоения новых территорий, он в шутку называл их «переселенцами на другие планеты». Якобы так с его легкой руки на Лоевщине основали сначала Марс, потом Венеру. Но есть и другая легенда.

«Это деревенская байка, которая передавалась из поколения в поколение. Поговаривали, мол, землемера, который составлял план нашего и соседних поселений, звали Маркус. Так вот от этого как будто бы пошло. А так это или не так – кто знает», – пожимает плечами коренной марсианин.

Рядом с Марсом много других деревень с экзотическими названиями: Рекорд, Восход, Борец, Победитель, Чаплин, Медведица, Путеводная Звезда… Была Венера, но, согласно преданиям, она затонула, как Атлантида, и сейчас находится на дне Днепро-Брагинского водохранилища.

«Я еще был шкетом, и мы ездили на болото собирать клюкву в то место, где когда-то стояла Венера. В моем детстве этой деревни уже не было», – вспоминает собеседник.

Как деревня стала хутором

Два раза в неделю в Марс приезжает автолавка. Можно купить хлеб, колбасу, молоко, крупы – в общем, все, что нужно сельскому жителю. Еще ездит почта и доставляет газеты, канцелярию и новости с «большой земли».

На глазах Степаныча некогда шумная большая деревня превратилась в практически безжизненный хутор. На единственной улице Садовой осталось семь домов – когда-то их было около 100. Сейчас на этом месте чистое поле или бурьян.

«Нету людей у нас на Марсе. Много где такая же ситуация. Вы же ездите по стране, видите. В больших деревнях люди еще живут. Страдубка [соседняя деревня, центр сельсовета] еще держится, потому что она находится на берегу Днепра и там многие купили себе дачи. А старожилов там почти не осталось, как и у нас. Грустно», – подытоживает собеседник.

«Пока ноги носят, буду ездить сюда»

В деревне мы встретили еще двух жителей. Вячеслав приехал в Марс из Гомеля за картошкой, здесь у него добротный домик и большой участок с огородом.

«Когда-то здесь жила моя бабушка, и здесь я провел все свое детство. Сейчас мы с женой, братом и его семьей ездим сюда, как на дачу. Для нас это особое место – место силы», – делится воспоминаниями мужчина.

Весной, когда наступает сезон отпусков и огородов, в деревню приезжают все остальные, кто хоть как-то связан с Марсом, и живут здесь до глубокой осени.

Любовь Анатольевна тоже родилась здесь, ходила в местную школу, а теперь спокойно отдыхает на пенсии, ухаживая за любимыми цветами и садом.

«Начальная школа прямо в деревне была, три класса, а потом в Страдубку ходили. Это родительский дом, я его переоформила, и здесь у нас с мужем сейчас дача. Сами мы живем в Гомеле», – посвящает в детали женщина.

Чтобы еще больше удариться в ностальгию, мы предлагаем ей взглянуть на фотографии Марса образца 2001 года.

«Это сосед мой Миша. Давно его уже нет. А вот это – дом вон там стоял, уже снесли этот дом. Там бурьян сейчас. Видели? Никому дела нет до этого бурьяна – ни сельсовету, никому. Я всех знаю на этих фотографиях!» – Любовь Анатольевна погружается в приятные воспоминания о прошлом.

«Раньше деревня была очень большая. Но я отсюда не планирую уезжать насовсем, это для меня память. Пока, как говорится, ноги носят, буду ездить», – добавила она и на прощание угостила нас хрустящими марсианскими яблоками.

«Антоновка», очень вкусные. Нигде таких не найдете!» – прорекламировала Любовь Анатольевна свой урожай.

Покидая Марс, словили себя на мысли: деревня не умирает, она просто уснула. И хочется верить, что когда-нибудь на ее улицах снова будет шумно, как 70 лет назад.