Из гаража в Мозыре до витрин Италии – белорусские сумки покоряют мир

Эта история про то, как в белорусском Мозыре из упрямого «быть собой» вырос камерный бренд сумок, узнаваемый в десятках стран.

Семейная мастерская Ивана и Марии Евжиков выпускает оригинальные сумки из кожи, дерева, смолы и цветов. В каждой вещи слышен голос создателей, который из небольшого гаража в региональном городе добрался до витрин Италии.

Все началось не с сумок. В 2014 м Иван, свадебный фотограф, захотел в свой образ добавить запоминающуюся деталь. «А, это тот парень с необычной бабочкой-галстуком? Да, помню», – чтобы вот так говорили про него. Но оказалось, что купить такой аксессуар в Мозыре непросто.

«А может быть, ты сделаешь?» – предложил Иван жене Марине.

И здесь нужно подробнее рассказать про Марину, чтобы вы поняли, почему она не отказалась, не заупрямилась, а сразу принялась за работу.

Стиль появился задолго до первого изделия

Марина родилась в украинском Славутиче, росла в Наровле и у бабушки в деревне Воротын Калинковичского района. В ее детстве не было излишеств: рынок по выходным, редкие находки «не как у всех», школьные тетради с эскизами и бабушкина машинка, на которой она шила одежки куклам.

Индивидуальность Марины всегда отражалась не в вещах, а в реакциях на успех и поражение, на людей и мир, но поняла она это уже взрослой.

«Я не считала себя особенной. Но хотела быть первой. Вести. Проигрывать было невыносимо», – вспоминает Марина.

Теперь она видит себя в поведении старшего сына и понимает: то был не каприз, а характер.

«Я поступила в Гомельский технический университет имени Сухого на маркетолога. Тогда я впервые попробовала отразить свой внутренний мир в одежде и вещах», – вспоминает Марина.

Денег у студентки почти не было, воплощать идеи удавалось с трудом.

«Однажды я пожаловалась сестре будущего мужа: «Как дорого быть красивой». На что она сказала: «Каждая девушка красива по-своему. Главное, как ты себя подаешь». Эта простая мысль перевернула мое восприятие: вместо дорогих вещей я научилась ценить естественную красоту и уверенность. Десятилетия спустя мы с мужем создаем вещи именно для таких людей – тех, кто сияет своей уникальностью, а наши вещи лишь подчеркивают это», – продолжает рассказ мозырянка.

После университета Марина устроилась на швейную фабрику маркетологом, но ясно почувствовала давление «быть как все».

«Девочка моя, ты работаешь на швейной фабрике, а не в частном ателье», – эта фраза до сих пор звенит в памяти.

И Марина впервые задумалась: а не создать ли свой бренд?

Бабочки в животе и на шее

И тут мы возвращаемся к тому моменту, когда муж попросил сделать для него необычную бабочку-галстук.

Марина нашла в интернете примеры и села за кропотливую работу. Сначала она шила мужу аксессуары из отрезов ткани. А потом Ваня придумал делать бабочки из дерева. Когда все было готово, он сфотографировал изделия и выложил в соцсетях.

Сейчас такими «бабочками» уже никого не удивишь, а десять лет назад они были в диковинку. Люди написали ребятам: «вау, как интересно» и оформили первый заказ. Затем второй, третий… Дело пошло. За бабочками последовали запонки, броши, серьги, даже очки. В статусе ремесленников Евжики платили по две базовые в год и спокойно работали.

Вскоре квартира не выдержала пыли и шума – переехали в отцовский гараж, превратив его в мастерскую. Экзотическую древесину искали где придется, дуб и орех — у белорусских лесопереработчиков. Первые заработки уходили на покупку инструмента: электролобзик, шлифмашинка и дальше по списку. Но однообразие надоело, хотелось сложнее и «про нас».

«Брали и шили. Не получалось – снова брали и шили, – рассказывал Иван историю создания бренда. – Первая машинка за сто долларов не тянула кожу, вторая за двести пятьдесят – тоже. Настоящей рабочей лошадью стала немецкая Durkopp 1993 года, списанная с местной фабрики. Я оживил ее из обломков благодаря инженерной смекалке: компрессор от холодильника, ресивер из огнетушителя, обратный клапан для безопасности. Дальше – дубляж кожи, и качество шагнуло вверх».

Рост бренда начался с признания ошибок

«Первые сумки были ужасными. Самая первая висит в мастерской – как пример, что так делать нельзя, – смеется Марина. – Но каждая следующая была лучше. И однажды пазл сложился. Интернет гудел от столов «рек» Грега Классена, и мы решились перенести этот прием в миниатюру».

Сломанная деревянная боковина, эпоксидная смола – и вдруг в смоле появились сухоцветы. Так сформировалась ДНК бренда Feeling Trees.

«Первую партию боковин испортили. Алгоритм оттачивали месяцами. Но когда получилось, вещи стали узнаваемы. На минской ярмарке 2016 года сумки собрали очередь. В Instagram прилетела первая международная интеграция – африканская блогер создала шквал заказов. Дальше органический рост без инвесторов: бартеры, истории, люди и их эмоции», – вспоминает первые успехи Марина.

Десять лет назад в интервью Евжики говорили о 33 странах, где знают их сумки, позже – о 37, сегодня Марина называет цифру 45. Есть и оборотная сторона популярности – копии.

«Замечаем бренды, которые неприкрыто копируют элементы наших сумок», – говорит Марина.

Сейчас ребята готовят оформление товарного знака в странах ближнего зарубежья, чтобы защищать свой стиль.

«Здесь важнее не счетчик, не цифры, а смысл: каждая сумка — личная история», – объясняет причину этого шага собеседница.

Но маркетинг — это не только цифры.

Марина ведет честные диалоги с клиентами — они занимают дни, потому что важна каждая деталь.

«Голубой рюкзак из Минска стал «местной звездой»: люди отмечали его в городе и присылали фото. Покупательница из США зашла с их сумкой в бутик Prada во Флоренции — менеджеры разглядывали, не скрывая восторга, расспрашивали, откуда она. У клиентки из Пушкино собралась коллекция из семнадцати сумок», – перечисляет успешные кейсы Марина.

Команда бренда – это Марина, муж и их родители.

«Мамины ладони сушат растения, Ванина мама приходит растопить печь в мастерской. Ваня режет, дублирует, шьет – он в этом мастер. Я отвечаю за визуал, композицию, растения, смолу и коммуникации», – говорит Марина.

Много лет бренд жил в стабильной системе, пока не пришел 2023 год.

Судьбоносная неделя

В 2023 году у Марины случился инсульт.

«Пауза, уязвимость, страх, что мир ушел вперед, а я осталась», – вспоминает она.

Началась новая жизнь – врачи, анализы, новый распорядок дня – без рывков и геройства. Правая рука ожила, чувствительность вернулась, но одна артерия осталась закупоренной. Теперь раз в год – УЗИ брахиоцефальных артерий, МРТ и контроль кисты после инсульта. Что-то можно исправить, а с чем-то просто надо жить.

Взгляд на жизнь изменился сразу: тело – не бесконечный ресурс, время – не лента задач. В 2025 году у Марины родился второй сын.

«Теперь все подчинено малышу: если он спит — можно согласовать боковины, ответить клиентам, записать голос для сторис; если бодрствует — мир подождет», – улыбается Марина.

Это не отказ от бренда, подчеркивает она, а новый способ быть в нем.

Марина сознательно сократила пребывание в мастерской, исключила «длинные» часы у материалов и клеев, оставила за собой только то, что без нее невозможно: стиль бренда, дизайн каждого изделия.

«Я не шью и никогда не шила сумки – это территория Вани. Он чувствует машину, он мастер. Конечно, мне страшно, что прежняя скорость недоступна. Но именно в этом страхе мой успех, моя устойчивость. Когда ты не выжат, когда можешь быть с семьей и не чувствовать вины за то, что не в потоке, появляется больше идей. Я выросла, а значит Feeling Trees тоже вырастет вместо со мной», – уверена героиня.

Идеи для ремесленников

Упрощение логистики

Марина не любит разговоры «а если бы», потому что энергия ограничена, и ее лучше тратить на создание. Но ее опыт подсказывает простые, приземленные вещи, которые делают отрасль здоровее. Мозырь и Полесье – не столица, и это слышно в логистике: за материалами – в Минск.

Больше площадок для встреч

Конкурсы и проекты часто похожи на закрытые клубы, где «победители известны заранее». В ее идеальной картине есть честные события по категориям – аксессуары, кожа, коллаборации с художниками, эксперимент – где важнее не денежный приз, а возможность показать идею и, может быть, рискнуть тем, что давно откладывалось.

Творческие резиденции

В большом мире таким брендам нужны не только ярмарки и продажи, но и места, где растешь изнутри. Марина мечтает о творческих резиденциях и обменах – не про «поехали что то продать», а про «давайте поживем и поработаем вместе». В другой стране – в Дубае, в Китае, да где угодно – можно потрогать местные материалы, посмотреть на техники, посидеть рядом с мастерами и сделать то, на что дома не хватило бы смелости.